Метафорические деформации

Real

Asia Mint

Паттайя, 20 нояб. 2013

Таиланд, жизнь в Таиланде, деформации, психология, Шекли
О том, как классика фантастической литературы воплощается в повседневную жизнь
Существует такой термин - профессиональная деформация. Яркий пример подобного явления - это, допустим, бывший военный из спецвойск, который, заходя в магазин за сигаретами, по привычке осматривается на случай опасности; или, скажем, фотограф, который, глядя на собеседника, в первую очередь видит позы и ракурсы. 

Или, например, если на восклицание "О боже! Мы забыли про водку!" вам испуганно отвечают: "Какую проводку?" - это тоже вид профессиональной деформации, и скорее всего вы беседуете со студентами-экономистами.

Мне же вот думается, что пора вводить такое понятие как географическая деформация, или, например, страновая (что-то наподобие метафорической деформации, как у Роберта Шекли, только наоборот).

Прожив год в Таиланде, я стала замечать за собой много неприметных на первый взгляд изменений. Все они тем или иным образом касаются мировосприятия. 

Самое первое, что стало заметно - я вдруг стала думать, что белая кожа - это очень красиво. Разглядываю чью-то фотографию или только что приехавшую туристку, я часто восторженно думаю: "О, какая белая!". Глядя на себя в зеркало после дня на открытом воздухе - мысленно с досадой восклицаю: "Черт, я же загорела!".

Более того, я даже умудрилась совершенно случайно приобрести в Бангкоке хорошенький розовый зонтик в рюшах - от солнца, и, вполне вероятно, в скором времени начну расхаживать с ним днем по улицам.

Еще одно яркое - это ассоциации. Например, при слове "поле" мой мозг больше не выдает пасторальную картинку с большим золотистым полем ржи или пшеницы, о нет. В моем воображении теперь появляется нечто другое - бескрайние рисовые поля Таиланда. И таких примеров ассоциаций можно найти уже с десяток.

Еще я понимаю, что начинаю вести себя и думать немного по-другому. Например, при желании поправить в чем-то человека, у меня теперь возникает когнитивный диссонанс: мне сразу кажется, что я делаю что-то не то, и всем присутствующим, включая меня, от этого будет как-то неудобно, и, видимо, в этот момент мое подсознание шепчет: "Ведь мы все можем потерять лицо!" (а раньше такого со мной никогда не случалось).

Надеюсь, я во всем этом новом самоощущении все же останусь собой)




Photos_alone
Немного Шекли вместо эпилога:

Стремительной размашистой походкой, скрипя кожаными сапогами, шел Марвин Флинн по деревянному тротуару. Едва уловимо повеяло смешанным ароматом шалфея и туи. Справа и слева кирпичные стены жилищ отливали в лунном свете тусклым мексиканским серебром. Из соседнего салуна донеслись отрывистые аккорды банджо. Марвин затормозил на всем ходу и нахмурился. Откуда здесь шалфей? И салун? Что тут происходит?

– Что-нибудь неладно, чужестранец? – нараспев спросил хриплый голос.

Флинн круто обернулся. Из тени, падающей от универсального магазина, выступила какая-то фигура. Это оказался ковбой – дурно пахнущий сутулый бродяга в пыльной черной шляпе, смешно заломленной на немытом лбу.

– Да, что-то очень и очень неладно, – ответил Марвин. – Все кажется каким-то чудным.

– Не стоит волноваться, – заверил его ковбой-бродяга. – У тебя просто изменилась система метафорических критериев, а за это, видит бог, в тюрьму не сажают. Собственно говоря, ты радоваться должен, что избавился от кошмарных ассоциаций со зверями и насекомыми.

– А что плохого было в моих ассоциациях? – возразил Марвин. – В конце концов, я ведь нахожусь на Цельсии-5 и живу в норе.

– Ну и что? – сказал ковбой-бродяга. – Разве у тебя нет воображения?

– Воображения у меня хоть отбавляй, – вознегодовал Марвин. – Но не в том дело. Дело в том, что нелогично воображать, будто ты на Земле и ковбой, когда по-настоящему ты кротоподобное существо на Цельсии-5.

– Ничего не попишешь, – сказал ковбой-бродяга. – Ты, видно, перенапряг способность аналогизирования, и у тебя вроде как предохранитель сгорел, вот что... Соответственно твое восприятие взяло на себя задачу эмпирической нормализации. Такое состояние называется «метафорическая деформация».

Тут Марвин вспомнил, как мистер Бландерс предостерегал его от этого феномена. Метафорическая деформация, болезнь всякого межзвездного путешественника, настигла его мгновенно, без всякого предупреждения.

Он знал, что должен встревожиться, но чувствовал лишь кроткое удивление. Эмоции его соответствовали восприятию, ибо незамеченная перемена есть перемена неощутимая.

– Когда же я начну видеть вещи такими, какие они есть на самом деле? – спросил Марвин.

– Вот вопрос, достойный философа, – ответил ковбой-бродяга. – Но применительно к твоему случаю, синдром пройдет, если только ты вернешься на Землю. А будешь и дальше путешествовать – процесс перцептивного аналогизирования обострится; правда, можно ожидать кратковременных самопроизвольных светлых промежутков – ремиссий нормального состояния.

Роберт Шекли "Обмен разумов"